Кымытваль Антонина Александровна

Чукотская поэтесса Антонина Александровна Кымытваль родилась 22 апреля 1938 года в селе Мухоморное Анадырского района в семье оленевода. Рано лишилась родителей, воспитывалась в интернате.

С десяти лет Кымытваль начала писать стихи. В 1958—1959 годах она училась в Анадырском педагогическом училище, окончив его, работала в Усть-Бельской красной яранге (тундровая передвижная школа). Уже в это время её стихи печатались в журнале «Дальний Восток», в альманахе «На Севере Дальнем», в областных газетах.

В июне 1957 года в составе чукотско-эскимосского ансамбля Кымытваль ездила в Москву на VI Всемирный фестиваль молодежи и студентов. В 1960 году Антонина Кымытваль поступила учиться в Высшую партийную школу г.Хабаровска, закончив которую, работала заместителем редактора газеты «Советская Чукотка».

В I960 году в Магадане вышла первая книга А. А. Кымытваль «Песни сердца» на чукотском языке. В 1962 году этот сборник был издан на русском языке. Второй сборник стихов «Тебе» (1969) открыл читателю её задушевную лирику.

В 1966—1967 годах А. А. Кымытваль училась на Высших литературных курсах в Москве. В 1968 году выходит её первая детская книга стихов «Кто это?». С этого времени она много пишет для маленьких читателей, в том числе пьесы для Магаданского кукольного театра по мотивам чукотских народных сказок. Затем «Непоседа» (1974), «О чем поёт бубен» (1977). «Это праздник веселый — кильвей» (1980). «Встреча с Умкой» (1983). «Как построить ярангу» (1987).

В эти годы растут творческие связи А. А. Кымытваль с Магаданским кукольным театром, для которого она написала пьесы «Олень Золотые Рога», «Праздник Солнца», навеянные мотивами чукотских народных сказок.

Этапным в творчестве поэтессы считается сборник «Слушая музыку» (1972), в котором звучит голос зрелого литератора, которому по силам не только задушевные лирические стихи, но и крупные произведения, поэмы. Основные мотивы сборника развиваются в последующих изданиях поэтессы: «Мой любимый цветок» (1982), «Под крылом моей яранги» (1985), «Полярная муза» (1987). Вышло 20 сборников стихов на чукотском и русском языках. Её стихи публиковались во Франции и ФРГ, Японии и странах Азии и Африки.

Издан сборник «Чукотские сказки, легенды, мелодии». В 1988 году награждена орденом «Знак Почета», медалью «За трудовую доблесть».

С 1962 года является членом Союза писателей.

В 1990 году за книгу «Как построить ярангу» (М., 1987) удостоена почётного диплома имени X. -К. Андерсена, присуждаемого Международным советом по детской книге при ЮНЕСКО. С 1975 по 2013 годы жила в Магадане, сейчас проживает с одной из своих дочерей в Краснодаре. Занималась переводом на чукотский язык одного из Евангелий. В последние годы публикуется исключительно в периодической печати.

Далее материал газеты «Магаданская правда» за апрель 2003 года (к 65-летию Антонины Александровны Кымытваль)

«Когда в последний раз я была на Чукотке, женщины выговорили мне, мол, из-за моей книжки чукотских сказаний им некогда заниматься делами — все сидят да читают», — смеясь своим неповторимым журчащим смехом, рассказывает Антонина Кымытваль.

Накануне своего юбилея, который приходится на 22 апреля, Антонина Александровна приболела, и беседуем мы у неё дома. Все богатство — книги — уложено в ящики, заполнившие спальню: Антонина Кымытваль собирается менять квартиру. Убранство жилища первой чукотской женщины-поэтессы, лишившись книжных полок, выглядит скромно и незатейливо — хозяйка никогда не гналась за вещами. Жила своим творчеством, работой, семьей и детьми, а их было много, ведь, кроме двух родных дочерей Любы и Насти, Антонина Александровна Кымытваль и её муж Виталий Игнатьевич Задорин воспитывали ещё и четверых осиротевших племянников Антонины Александровны. Совсем ещё молодая, неискушённая в ведении хозяйства, она уставала нечеловечески, ведь в это время стала серьезно заниматься ещё и литературным трудом, да и журналистская работа отнимала много сил... Однако держалась.

Сегодня племянники Кымытваль, оставшиеся на своей родовой фамилии Лятыргины, выросли, определились, сами воспитывают детей, а старшая Лиля стала уже бабушкой... И благодарны тёте, что в те годы не захотела, чтобы они, дети её рано ушедшей из жизни старшей сестры, попали в детский дом. Ведь и сама она знала не понаслышке, что такое сиротство... Рано потеряв родителей и бабушку, жила то у близких, то у дальних родственников, а то и вовсе у чужих людей, так что можно только догадываться, как прошли первые годы жизни чукотской поэтессы.

В те времена уклад жизни и хозяйства у её народа был патриархальный, соблюдались старинные обряды и верования. И когда восьми месяцев отроду умер брат-близнец, то мать, следуя обычаям своего рода, боясь разгневать «духов болезни», отказалась кормить оставшегося в живых ребенка. Девочку ждала голодная смерть. Однако бабушка пожалела беспомощную кроху, она выкормила внучку оленьим молоком, а что-6ы обмануть злых духов, девочке дали новое имя — Кымытваль (чукот. «Кымытваль» — червячок), (от рождения же её назвали Руль-тынэ — чукот. "Руль-тынэ" — может отойти от плохого). Силы любви и сострадания победили вековые суеверия, и будущая поэтесса осталась жить, чтобы ввести людей других культур в духовный мир своей древней и самобытной северной культуры чукчей.

«Родина у меня велика — тундра. Но чтобы люди не удивлялись, я назвала условно своей родиной село Мухоморное Анадырского района. ...Я там росла и училась. Там же пробовала писать стихи, когда мне было девять лет», -  так рассказывает сама поэтесса.

«Выросла рядом с волками, медведями — никогда их не боялась. Чаат я с собой носила и малокалиберку. Один раз иду по тундре и вижу — медведь. Выстрелила из мелкашки, а эта пуля для него, как комариный укус. Медведь не тронул меня. А в другой раз встретилась с росомахой. Она коварная — не знаешь, как себя поведет. Крикнула я на неё, и росомаха уступила мне дорогу. Кстати, и моя дочка Люба совершенно не боится хищников,
может, потому и выбрала профессию биолога».

Школа-интернат села Мухоморное, куда в 1946 году вместе с другими детьми оленеводов, кочевавших в верховьях рек Анадырь и Чаун, поступила и Кымытваль, стала первым шагом чукотской девочки в новую жизнь. Там она получила русское имя и отчество — Антонина Александровна, а чукотское — Кымытваль — с тех пор сделалось её фамилией. Новое имя, новые люди, вещи и понятия — все здесь было интересно и радостно, все рождало чувство счастья, здесь же в 10 лет Тоня написала своё первое стихотворение на чукотском языке, украсив его ещё и русскими словами.

Училась Кымытваль старательно и хорошо, в школьные годы начала осваивать русский язык, читать русские газеты, книги... Интерес к поэзии пробудили в девочке стихи Михаила Лермонтова, впервые прочитанные в школе и поразившие Тоню удивительной мелодикой. Она много читала, не бросала попыток сочинять стихи, и по мере взросления тяга к творчеству становилась у неё всё серьёзнее.

В 1954 году Антонина Кымытваль поступает в Анадырское педагогическое училище. К этому времени учебное заведение, где готовились педагогические кадры для Чукотки, было известно как своего рода кузница литературных кадров, откуда выходили будущие чукотские поэты и писатели. Кроме Антонины Кымытваль, здесь в разное время учились Юрий Рытхэу, Юрий Анко, Таисия Гухувье, Владимир Тымнетувге, Владимир Етытегин, Владимир Тынескин, Зоя Ненлюмкина. Литературным объединением здесь руководил библиотекарь Константин Петрович Синицкий — человек, любящий и понимающий литературу. Часто посещал кружок и Виктор Кеулькут, работавший тогда в газете «Советская Чукотка».

Именно в Анадырском педучилище Антонина Кымытваль обрела первого литературного переводчика и наставника — Валентина Португалова, «папу Валю», как звала его юная поэтесса, который напророчил ей большое литературное будущее. Первым шагом к славе стала «Песня о дружбе» на слова Антонины Кымытваль, исполненная в 1957 году на Всемирном фестивале молодежи и студентов в Москве национальным чукотским ансамблем, впоследствии получившим название «Эргырон».

Окончив в 1958 году педучилище, Антонина Кымытваль отказалась от работы в газете «Советская Чукотка», куда её приглашали. Уехала по распределению в поселок Усть-Белая — посчитала своим долгом перед земляками поработать учителем в красной яранге. Исконный уклад жизни менялся на глазах, и молодая учительница начала записывать древние сказания и песни чукчей, их обычаи, верования. Она стала здесь и учителем, и
лектором, и медсестрой, и комсоргом. Вместе со всеми рыбачила, охотилась. Здесь же до тонкостей изучила «тундровый» чукотский язык, прочувствовала жизнь своего народа, постигла музыку тундры, которая позднее вылилась в стихи.

В 1959 году светлой памяти Борис Моисеевич Рубин, редактор газеты «Советская Чукотка», отзывает Антонину Кымытваль на журналистскую работу в редакцию этой газеты. Журналистика дала возможность объездить всю тундру, заполнить записные книжки бесценными записями. А в 1960-м выходит и первая книга стихов Антонины Кымытваль «Песни сердца». Так началась её литературная судьба. Она воплотилась в книги,
большинство из которых переведены на русский, в учебники для чукотских детей, сценарии для спектаклей на чукотском языке. Стихи переводили Р. Добровенский, Л. Миланич, А. Пчелкин, В. Першин, Ю. Кушак, А. Черевченко, М. Эдидович. А вот перевести на русский язык книгу «Чукотские сказания», вышедшую в 1987 году, ещё не удалось.

Антонина Кымытваль окончила Высшую партийную школу в Хабаровске и Высшие литературные курсы в Москве. Участвовала во всероссийских и международных совещаниях и конференциях по проблемам коренных народностей Севера и их литературы. Награждена орденами Дружбы народов и «Знак Почета». Вырастила двух дочерей и четырех племянниц. По большому счёту, сделала для своего народа очень много, получив от него и признание, и неподдельную любовь.

Мы сидим за чаем в её квартире, беседуем о сегодняшнем дне чукотской литературы, о жизни, рассматриваем семейные альбомы. В них фотографии ее дочек, в жилах которых течёт русская кровь отца и чукотская — матери. Девочки унаследовали таланты своих родителей — старшая Люба по образованию биолог, знает шесть языков, сегодня живет в Испании. Смотрю на снимки, где красивая молодая женщина стоит рядом с испанским мачо — мужем Мануэлем. Они живут в городе Авьедо, где Люба работает в мэрии, ожидают рождения ребенка, как определили врачи — девочку. Так что у Антонины Александровны скоро появится уже третья внучка — двух подарила младшая дочь Анастасия. В заботах о них сегодня вся её жизнь. Внуки же потребовали написать детские стихи и для них.

"Говорят мне: «Бабушка, ты почему только маме и Любе стихи посвящаешь? А нам?...», — улыбается Кымытваль, — «Вот я и засела. Подняла все свои записные книжки, готовлю второй сборник. Представляете, в Интернете появился даже мой сайт!»

Её жизнь заполняет не только литературная работа. Как любящая мать и бабушка, она занята и извечным женским трудом — всегда что-то вяжет своим внукам, шьёт им меховые чижи, тапочки... Великолепно готовит рыбный пирог. Любит раскладывать пасьянс. А отдохнув за этими истинно женскими занятиями, снова принимается за литературную работу, которая в начале жизненного пути была её существенной материальной поддержкой, так как прокормить шестерых детей на зарплату её и мужа было непросто, а сегодня творчество стало утешением.

«До этого я печатала на машинке», — делится Антонина Александровна, — «Но в последнее время очень болит спина. Теперь мне помогает печатать артист нашего ансамбля «Энэр» Олег Ныпевги. С магаданским музыкантом Александром Шевчуком готовим второй компакт-диск с чукотскими, эвенскими сказаниями».

«А на Чукотку вас не зовут?»

«Все время зовут в Омолон. Звали и на этот юбилей. Но поехать туда сейчас не могу, здоровье подводит. Хотя ехать есть куда — двое детей старшей сестры, которых я воспитала, живут на Чукотке в поселке Усть-Белая Анадырского района. Зовет и Люба в Испанию. Но как я буду жить вдали от своих внуков? Останусь уж здесь, в Магадане».

Люди сторонние говорят, что все на Чукотке живут хорошо. А на самом же деле мои земляки питаются тем, что добудут охотой на лосей, диких гусей, оленей, чтобы прожить, ловят рыбу. Моя старшая племянница Лиля Лятыргина там живет, так что я знаю. Все продукты, что продаются в магазинах, не по карману оленеводам. Единственное, что хорошо на Чукотке: губернатор Абрамович заботится о детях. Каждое лето их вывозят на отдых, при рождении ребенка семье выделяют 1000 рублей. Правда, на эти деньги сегодня что купишь? И понимаю, почему мои земляки стараются не заводить большие семьи. Не смогут они их прокормить. Денег заработать негде, а жить, как жили до Октября, уже не смогут. Наш народ сегодня находится между двух культур — как следует не познал русскую и теряет свою собственную. В Анадыре очень голодно у моих земляков. Приехала — у одного знакомого в холодильнике только корюшка, у других — горсточка риса. Но всё же мои родственники, спасибо им, стараются меня побаловать: то мяса оленьего передадут, то чир для строганины.

Связь с Чукоткой я поддерживаю, книги свои туда посылать, конечно, буду. Тем более что недавно пришла мне телеграмма с сообщением, что на Чукотке будут два раза в год выпускать альманах на чукотском и русском языке. Это, кстати, самый лучший вариант. Узнав об альманахе, я очень взбодрилась, большой стимул писать появился. Ведь на Чукотке сейчас много читают и ждут моих книг.

«Антонина Александровна, чукотская литература — явление уникальное, в годы советской власти она обещала очень многое — лишь в одном поколении появилось столько имен. А сегодня есть ли у вас смена среди чукотской молодежи»?

«Конечно, талантливые ребята есть, но, к сожалению, все они пишут на русском языке, не зная его достаточно хорошо. Чукотский тоже не знают во всей его глубине. И это меня печалит. А вот горловое пение очень распространено до сих пор, к примеру в оленеводческих бригадах, в маленьких поселках. Сейчас я редко там бываю — не позволяет здоровье, хотя так хочется домой, в тундру! Вот и последние книги я написала на основе материала, собранного ещё в прежние годы, когда я очень много ездила в экспедиции в тундру. Свои первые произведения сначала читала в стойбищах землякам и наблюдала за их реакцией. Если они слушают внимательно, где надо смеются, а где надо грустят, значит, написано хорошо».

Беседа за чаем у Антонины Кымытваль завершилась. А через три дня мы встретились в областной библиотеке имени Пушкина, где состоялось чествование чукотской поэтессы по случаю её юбилея. Основные заботы по организации вечера взяла на себя областная писательская организация, вел творческий вечер руководитель писательской организации — поэт А. Л. Станислав Бахвалов. Юбилярша сидела на специально отведенном почётном месте скромно и, казалось, безучастно. Напротив стенд с её книгами, подготовленный сотрудниками библиотеки — результат работы целой жизни. Поэтесса слушала слова поздравлений, принимала цветы, памятные подарки от представителей администрации области, мэрии, областного управления культуры. Стеснительно улыбалась, благодарила. Легкая грусть не оставляла её лица, хоть и росла гора цветов на столике, не жалели теплых слов поздравляющие.

Но вот послышались гулкие звуки ярара, зазвучали слова сказания о Вороне. Кымытваль оживилась, на губах появилась улыбка. А когда на импровизированную сцену стремительно влетели юноши и девушки из ансамбля «Энэр», лицо Антонины Александровны расцвело. Видно было, какую радость доставляет ей, рожденной в раздольной чукотской тундре, эта, пусть и мимолетная, встреча с ней, с землей её народа. А после были стихи юбилярши. Удивительные по накалу чувств, системе образов, поэтичности... Прочитали эти лирические строки Кымытваль члены студии «Завтрашний день», как бы принимая эстафету от старейшины литературного цеха Северо-Востока.

Апофеозом вечера стала премьера песни композитора Александра Нагаева на слова Антонины Кымытваль. Извечная тема любви и разлуки... Уже после первых куплетов слушатели загрустили, их глаза увлажнились. И стали они свидетелями рождения несомненного хита.

После вечера был фуршет в узком кругу, оживленные разговоры и воспоминания, планы... Обсуждалась и возможность выпуска третьего компакт-диска с песнями на слова Антонины Кымытваль, посвященного 50-летию области. Есть все основания обеспечить его. В завершение вечера юбилярша сказала: «Все. Постараюсь дожить до следующего юбилея!».

ЕКАТЕРИНА КУЗЕМКО

Библиография (издания на чукотском / русском языке)

1960/62 Песни сердца

1968 Кто это?

1969 Тебе

1972 Слушая музыку

1974 Непоседа

1977/77 (перевод Першина В.) О чём поет бубен

1980 Это праздник весёлый — кильвей

1982 Мой любимый цветок

1983 Встреча с Умкой

1985 Под крылом моей яранги

1987 Как построить ярангу

Полярная муза

Олень — Золотые Рога (пьеса)

Праздник Солнца (пьеса)

Чукотские сказки, легенды, мелодии

2008 Мои стихи

***

Север

Север притягательно неистов,

Пурги и сполохи — напоказ.

Блажь авантюристов и туристов,

Кладовая сказочных богатств.

Здесь немало переломото

Всяких неопознанных костей.

Жерновами мрака или холода

Он встречал непрошенных гостей.

И, не понимая их решительно,

Будто бы свалившихся с Луны,

Удивились коренные жители,

Наблюдали все со стороны.

Никогда Чукотка не вникала

В правила и суть чужой игры

И над властью желтого металла

Хохотала. Впрочем, до поры.

Просветили. Все теперь в порядке.

И уже который год подряд

В тундре и яранге, и палатке,

Как соседи добрые стоят.

Так спокойней: всякие причины.

Ведь в стадах до осени мужчины,

А медведь горазд озоровать.

Может ненароком спозаранку

Ради шутки сокрушить ярангу

И рэтэм когтями разорвать.

Пусть и не со зла это — неважно.

Страшно.

Перевод с чукотского А.Черевченко

***

***

С тобой немало мы прошли

По северной Земле,

Спешили, мчались, как могли,

А скорость — на нуле.

Вновь на привале — ни глотка,

Скорей бы отдохнуть.

Ночь скоротечна, коротка,

С рассветом — снова в путь.

И снова в пологе темно.

И снова в мире тишь.

Хочу обнять тебя, но

Ты тоже ведь не спишь.

Сердца, как бубны в тишине.

Ты рядом, рядом, ну,

Прильни, прильни, прильни ко мне,

И я к тебе прильну!

В судьбе, на радости скупой.

В кромешном царстве тьмы

Чего боимся мы с тобой.

Кого страшимся мы?

Перевод с чукотского А. Черевченко

***

Говорящая звезда

Ясным вечером погожим

мы случайно увидали:

Плавно движется по небу

рукотворная сестра

И соперница живая

дальним звездам — уж не тали,

О которой сообщили

нам по радио вчера?

Но впервые эти звезды

собираются на вечер -

Их сигналы световые

долетают к нам сюда,

Но впервы между ними

слышен голос человечий -

Это в космос мчится наша

говорящая звезда.

В этих высях представляет

наш народ она достойно -

Не случайно же кометы

там от зависти горят.

Мы глядим в простор бездонный -

небо ясное спокойно,

Потому что в этом небе

наши звезды говорят.

Перевод с чукотского С. Сергеева

***

Вижу как птица

Скучаю по тундре, скучаю

По дымом пропахшему чаю.

Вижу, как птица, остро

Яранг китовые кости,

Лунки следов оленьих,

Жилки ручьев весенних.

Плачет душа тундровички,

Тяжко ей в гуле столичном,

Рвется ночами из города

Песней тоски из горла…

***

Печальнее не ведала я дней

Земля моя тоскует без меня,

Зовет. И сердцем зову отвечает.

Земля моих детей не замечает,

А я без них как жирник без огня.

Тянусь одной рукой к родным снегам.

Другой — своих дочурок обнимаю.

Порой сама себя не понимаю,

Живу, как не желаю и врагам.

Смотрю на растворенное окно,

Пичугам зерна в клетке надоели,

Окно открыла — птицы улетели.

Мне полететь за ними не дано.

Печальнее не ведала я дней,

Бесплоднее и горше не жила я.

И если до сих пор еще жива я,

Спасибо детям — с ними я сильней.

Пойми меня, земля моя, как мать.

Не сетуй, что сейчас я не с тобою.

И без того наказана судьбою -

Домашней птице вольною не стать.

Перевод с чукотского М. Эдидовича

***

И кажется, дыханье рядом

Глупее не придумать, чем в дали

От близких неразумно тратить сердце,

Тревожить их посулами в конверте,

Печалясь на другом конце земли,

И знать, что ждут и выбежать готовы

За двери, чтоб щекой к щеке припав,

Не выясняя, кто из нас неправ,

Боль и тоску унять сердечным словом…

Глаза родных — полярные цветы,

Что к солнцу тянутся упруго.

А голос - песня птиц, летящих с юга

Озвучить край морозной немоты.

Я вижу дом, над ним межзвездный путь.

Полярного сиянья колыханье,

Прислушаюсь — и кажется дыханье

Домашних рядом — руку протянуть…

***

Любви моей исток

Анадырь мой, любовь моя и боль,

Дай помолчать, единственный, с тобой,

Откройся мне, прими наш самолет…

— Туман, сплошной туман, — сказал пилот.

Анадырь мой, виновна ли и в чем?...

Ты  был мне колыбелью и плечом.

Я — дочерью. Прими — и погрустим.

Пилот вздохнул:

— В другой раз залетим…

Анадырь мой, ты плачешь, снег с дождем…

Не хочешь отвечать, мы подождем.

Анадырь мой, любови моей исток

И материнской радости росток,

Устал кружить в тумане самолет…

 — Садимся, — улыбнулся мне пилот.

Анадырь мой…

Перевод с чукотского М. Эдидовича

***

***

Жить бесконечно виноватой

Устала, ох устала я.

Бескрылой слыть и быть крылатой

Устала, ох, устала я.

Всем угождая, спотыкаться

Устала, ох, устала я.

На чих чиновный откликаться

Устала, ох устала я.

Спешить, чтоб числиться копушей,

Устала, ох устала я.

Усталость каждый отзвук глушит -

Сама от боли не своя.

Да есть ли яран-ы* на свете,

Где, оградив меня от смут,

Прочтут сердечно строки эти

И все поймут?...

***

Чудит чукотская дорога

Зарядили ливни, как назло.

Небо и земля объединились.

Ветры, мне такие и не снились,

С вздутыми ручьями породнились.

Комары и оводы взбесились.

Транспорт захромал. Мы с курса сбились.

Надо же, чтоб так не повезло.

***

А до места, видимо, не много,

Чуть бы поутихло — добрались.

Но чудит чукотская дорога,

Что не километр, то сюрприз…

***

***

Я спою,

Я спою мою жизнь, но сперва

Пусть взойдут в моем сердце слова,

Как в июне цветы и трава

Прорастут, в песню сложатся и

Всем расскажут о нашей любви….

Загрущу, вспомню голос твой, взгляд,

То прямой, как тугой майъолят**,

То ершистый, как серый ватап***,

То покорный, как белый кочап****…

Прямо в стаде сейчас сочиню

И не раз повторю я на дню

Песню встречи, надежды, разлуки,

Вспомню губы и теплые руки…

Я спою,

Я спою мою жизнь.

Перевод с чукотского М. Эдидовича

***

***

Не белый лист, исписанный неровно, -

Душа моя лежит перед тобой

И каждой строчкой-жилкой полнокровно

Поет о том, кто стал ее судьбой.

Не торопись и в мельтешенье буден

Не прогляди, мой друг, судьбы своей.

Наш каждый шаг грядущему подсуден.

Стремясь к добру, в дороге зла не сей.

Самодовольство слабостью чревато.

Открой мне в письмах правду, я стерплю.

Ведь если я хоть в чем-то виновата,

Так только в том, что я тебя люблю.

Обрежу прядь ножом, как в горе вдовы.

Сожмусь в комок — и угол мне велик.

Швырну в огонь цветастые обновы

И дверь — на крюк, чтоб пришлый не возник.

Не белый лист, исписанный неровно -

Душа моя лежит перед тобой,

Не ведая в томлении греховном

О том, что предназначено судьбой.

Перевод с чукотского М. Эдидовича

***

Разговор с тундрой

Может быть, меня ты не признаешь

И смотреть не станешь на меня,

Не поверишь мне, что ты одна лишь -

Мать моя, сестра, моя родня.

Вдруг во мне — меня и не найдешь ты,

На одежду глянув невзначай?

Ты меня встречай не по одежке,

По душе пожалуйста, встречай.

Правда, я считаю носом кочки:

Торбаса на мне с чужой ноги.

Только ты, как нерадивой дочке,

Не сердясь, мне снова помоги.

Я натосковалась, наревелась,

Мне с тобой разлука — острый нож,

Посмотри в глаза мне: слово «верность»,

Только это слово и прочтешь.

Перевод с чукотского Р. Добровенского

***

О чем поет Земля

Имеющий глаза увидит суть.

Свободным должен быть дыхание имущий.

Незабываем указавший путь,

Велик и славен впереди идущий.

На свете счастья всем должно хватить,

Но, поколений будущих во имя,

Я подлецов готова проглотить

Бесчетными провалами своими.

Ты, человек, — творец своей судьбы.

Стремись вперед, не думай о ненужном.

Дарую: смелость — жаждущим борьбы,

Любовь — влюбленным и единство — дружным.

Как счастье — без упреков и границ -

Героям этих памятных страниц.

(Из поэмы «И будет день»)

Перевод с чукотского А. Черевченко

***

Мама

Ты гладишь меня по голове слегка,

И, словно ветра весеннего дуновенье,

Ласкает мне сердце твоя рука -

Твое невесомое прикосновенье.

Я приникаю к тебе, как к Земле.

Как мне тепло, как уютно мне, мама!

Я позабыть не боюсь песню твою -

Ей всегда я рада.

Так исторгает китовый ус

Звук из натянутого ярара.

Песня моя — мои детские сны,

Голос пернатой моей весны.

Я ушибусь — ты излечишь меня.

Я ошибусь — ты поправишь меня,

Я упаду — ты поднимешь меня,

Хватает на все твоего огня.

(Отрывок из поэмы «Будет день)

Перевод с чукотского А. Черевченко

***

***

Блуждаю в бесконечной суете,

В кромешной мгле, в молчании глухом.

Ищу слова правдивые, но те,

Что излучают свет, а не гремят как гром.

Роптать на жизнь — никчемно и грешно.

Руками Солнце я хочу обнять

Сгорю иль не сгорю — мне все равно:

Меня вам не понять.

Я и сама себя не понимаю.

В бессилье пальцы рук своих ломаю…

Перевод с чукотского С. Дорохова

***

***

Уйти тихо-тихо в бездонную даль

Не жаль — сыновей неродившихся жаль.

Всегда убежденно я верю в удачу,

А по нерожденным стихами плачу.

Перевод с чукотского С. Дорохова

***

***

Не пишите, женщины, стихи!

ведь стихов чарующие звуки

(Мне всесильной кажется их власть)

околдуют, обрекут на муки,

Могут погасить любовь и страсть.

Отберут друзей. Повергнут в хаос.

Только стоны, вздохи и печаль

(ничего вам больше не осталось),

Если мошку и травинку жаль.

Знайте — от занятия такого

Вы рискуете лишиться крова.

Могут разбежаться женихи…

И душа и сердце на износе

И малейшей боли не выносят.

Не пишите, женщины, стихи.

Перевод с чукотского С. Дорохова

***

***

Дорогой, мой, единственный, здравствуй,

День мой долгий и белая ночь…

Не вчера — жаль, но все же не завтра

Ты пришел ожиданью помочь.

Ты пришел и нашел первый иней

В черных некогда прядей волос -

Годы не посчитались и с ними,

Видишь, сколько мне ждать довелось…

Ты пришел чистой тундровой речкой

К пересохшим от жажды губам -

Встрепенулось, вспорхнуло сердечко,

Потянулось к заветным словам.

Ты пришел сладким корнем травинки,

Когда голод меня подстерег.

Мой. До самой последней кровинки!

Было много далеких дорог,

Но пришел! Я скажу, если кто меня спросит:

Нет второго такого на свете!

Это верно, как слезы, как проседь…

— Амын Етти!*****

Перевод с чукотского М. Эдидовича

***

Радости исток.

Любимый, я — жена.

Но я и мать

И силою такой наделена,

Что крыльями могу сейчас обнять

Всю Землю, на которой рождена.

***

Я — Женщина, я — радости исток.

Улыбка неба. Солнце. И цветы.

Но ради жизни я сложу у ног

Все, что во мне сумел увидеть ты.

***

Но знаю я, как долг путь к добру.

Я знаю как тернист он и как крут

Но если я когда-нибудь умру,

Тугие зерна в детях прорастут.

***

У дочерей прорежутся крыла,

Подняв их над домашним очагом,

Чтоб прожили, как мать их прожила,

Всю Землю завещав беречь, как дом.

Перевод с чукотского М. Эдидовича

*яран-ы — дом

**майъолят — дикий лук

***ватап — мох

****кочап — растение типа пушицы

*****Амын Етти! — Здравстуй!

Популярность: 37%

Оцените эту запись:
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (12 голосов, средний: 5.00 из 5)
Loading ... Loading ...
Вы можете прочитать комментарии к этой записи в формате RSS 2.0. Вы можете оставить комментарий или обратную ссылку с вашего сайта.

4 комментария к записи “Кымытваль Антонина Александровна”

  • Сидоров Игорь
    31 Dec 2014, 8:18 г.
    Цитировать

    В 1986 году, проходя службу на Камчатке, купил сбоник стихов замечательного магаданского поэта Сергеева, в которой были и его переводы стихов чукотских поэтов, в том числе и Кымытваль. Я был очарован. Некоторые из них врезались в память. Книгу я впоследствии перевез в Севастополь, затем — в Москву. Спасибо сайту за интересную публикацию и хорошую подборку стихов.

  • Привет всем землякам с Чукотки! В 83-м году Антонина Александровна Кымытваль прилетала в поселок Уэлькаль. Мне довелось услышать  ее стихи, они мне очень понравились . Некоторые потом выучил наизусть. Особенно мне понравился стих про встречу с умкой. Дай Бог , здоровья и долгих лет жизни Антонине Александровне!

     С уважением,

    Дамир Султангулов

  • Елизавета
    20 Oct 2016, 22:21 г.
    Цитировать

    Завораживают ее стихи, они мне очень нравятся. Перестали завозить книги в дальние селения, сложно достать. Те что были книги растерялись или растрепались. Спасибо интернету и вашим сайтам, за возможность окунуться в мир стихов наших великих поэтов

  • Светлана
    12 Jun 2017, 3:02 г.
    Цитировать

    Такие добрые и легкие стихи, до слез... Своему сыну в детстве читала--"Оленят будем считать, и думать, новость --дело не простое..." Он до сих пор помнит!!! А ему 30лет...Спасибо огромное, мы жили тогда на Севере...

Оставить комментарий